После восьми лет жизни в Северной Сербии восемнадцатилетний Давид с матерью возвращается в Венгрию к своему отцу.
Между мужчиной, который хочет быть отцом, и сыном, который отказывается признавать его авторитет, завязывается психологическая борьба.
Тем временем Давид тайно переправляет беженцев через границу.
Однако ему не удастся хранить этот секрет вечно.
Священник без веры.
Супружество без любви.
Ребенок без семьи.
Слова без смысла.
Искусство без искусства.
Нашлось в этом трагиабсурде место и для образа стойкого коммуниста.
Он – инвалид, потрясающий воздух портретом Сталина и мертвой риторикой.
Глубоко символично, что полуживой реликт коммунизма одержим манией самоубийства и со второй попытки благополучно кончает с собой.
Так и случилось с социализмом в Венгрии.