Таймлайн карьеры
1998 - 2017 · 15 проектов
- 2017 1
- 2016 1
- 2015 1
- 2013 2
- 2012 1
- 2011 2
- 2009 1
- 2007 1
- 2004 1
- 2003 1
- 2000 2
- 1998 1
- 2015-2019 3
- 2010-2014 5
- 2005-2009 2
- 2000-2004 4
- 1995-1999 1
- 2010-2019 8
- 2000-2009 6
- 1990-1999 1
Вавилон-Берлин
Германия конца 1920-х — начала 1930-х годов.
Комиссар полиции Гереон Рат занимается раскрытием различных преступлений в Берлине — от убийств до торговли наркотиками.
Он видит, как стремительно меняется общество, и на первый план выходят такие явления, как эмансипация и экстремизм.
Комиссар полиции Гереон Рат занимается раскрытием различных преступлений в Берлине — от убийств до торговли наркотиками.
Он видит, как стремительно меняется общество, и на первый план выходят такие явления, как эмансипация и экстремизм.
Я и Камински
Молодой журналист Себастьян Зольнер пишет статью о художнике Мануэле Камински.
Зольнер надеется на скорую смерть Камински, чтобы заработать денег на своей статье.
Зольнер надеется на скорую смерть Камински, чтобы заработать денег на своей статье.
К чему помыслы о любви?
1927 год.
Германия времен Веймарской республики.
Юные друзья Гюнтер и Пауль решают основать клуб самоубийц.
Они дают клятву, что попрощаются с жизнью в тот момент, когда больше не будут чувствовать любви, и заберут с собой тех, кто отнимет у них эту любовь.
Два летних выходных дня за городом в обществе Хильды, сестры Гюнтера, и их многочисленных друзей становятся настоящей проверкой серьезности данного друг другу обещания...
Германия времен Веймарской республики.
Юные друзья Гюнтер и Пауль решают основать клуб самоубийц.
Они дают клятву, что попрощаются с жизнью в тот момент, когда больше не будут чувствовать любви, и заберут с собой тех, кто отнимет у них эту любовь.
Два летних выходных дня за городом в обществе Хильды, сестры Гюнтера, и их многочисленных друзей становятся настоящей проверкой серьезности данного друг другу обещания...
Гуд бай, Ленин!
Мать Алекса впала в кому незадолго до падения Берлинской стены.
А когда, наконец, пришла в себя, не было уже ни ГДР, ни стран «победившего социализма».
Тревожась за здоровье матушки, Алекс решил не сообщать ей о переменах: ведь что может стать более убийственным для убеждённой коммунистки, чем торжество капитализма?
Сыну пришлось пойти на обман и превратить свою квартиру в островок прошлого, в последний оплот несуществующего государства.
Старательно делать вид, что дело Ленина по-прежнему живет...
А когда, наконец, пришла в себя, не было уже ни ГДР, ни стран «победившего социализма».
Тревожась за здоровье матушки, Алекс решил не сообщать ей о переменах: ведь что может стать более убийственным для убеждённой коммунистки, чем торжество капитализма?
Сыну пришлось пойти на обман и превратить свою квартиру в островок прошлого, в последний оплот несуществующего государства.
Старательно делать вид, что дело Ленина по-прежнему живет...