Тема

В 1978 году руководство Госкино приступило к поискам режиссёра, который возьмётся за художественный фильм, разоблачающий диссидентов и эмигрантов. От кресла режиссёра отказались Никита Михалков и Николай Губенко. Осознав безвыходность положения, чиновники уговорили небезызвестного постановщика Глеба Панфилова, согласившегося только при условии, что сценарий вместе с ним напишет его друг Александр Червинский.

Выбирая актёра на главную роль, драматурга Кима Есенина, Панфилов колебался и многим отказывал. В частности, одним из ключевых претендентов на это место был Иннокентий Смоктуновский, но режиссёр посчитал это «слишком поверхностным решением». Также рассматривалась кандидатура Алексея Баталова. Но в итоге был утверждён народный артист Михаил Ульянов, невероятно удивлённый тем, что Панфилов выбрал именно его.

В августе 1979 года, незадолго до 11-го Московского кинофестиваля, в кинокругах заговорили о том, что режиссёр Глеб Панфилов завершил работу над новой неоднозначной картиной. Панфилов действительно, наконец, закончил сьёмки «Темы» и для закрытых просмотров созвал строго ближайших друзей. Вслед за этим последовали критикующие фильм письма, пришедшие в ЦК КПСС, и его показы высшим членам Политбюро. Результат — «Тему» «положили на полку».

Невзирая на обещания председателя Госкино Филиппа Ермаша в ближайшее время «протолкнуть фильм на экран», зрители ничего не знали о нем вплоть до 17 июня 1986 года — дня, когда состоялась долгожданная премьера в московском Доме кино. Сразу же посыпались многочисленные, диаметрально противоположные мнения — критики практически единодушно давали «Теме» положительные оценки, простым зрителям же он показался чересчур мудрёным и сложным. Юрий Нагибин, к примеру, как и Евгений Евтушенко, заявил, что не знает таких писателей, как Ким Есенин. Как позже рассказывал Панфилов, в разговоре с ним Евтушенко предсказал прокатную судьбу картины еще до ее выхода на экраны.