Для усиления драматического эффекта последний и самый опасный (по фильму) противник Джимми Брэддока знаменитый боксер Макс Бэр был сделан резко отрицательным персонажем, что абсолютно не соответствует исторической правде. В жизни Макс Бэр был добрым и обаятельным человеком, что отмечали все, кто его знал (редкий случай для среды профессионального бокса, в которой личная конкуренция чрезвычайно высока). Двое его противников действительно погибли после встречи с Бэром на ринге, но Бэр не только никогда не гордился этим (как показано в фильме), но воспринимал эти несчастные случаи как личную трагедию. Потомки Макса Бэра пытались подать в суд на создателей фильма за искажение образа знаменитого боксера. Популярность Бэра была не намного меньше, чем популярность Брэддока. Публика ценила его за чувство юмора, которое он, случалось, проявлял даже на ринге, обмениваясь шутками со зрителями (причем шутил он над собой, а не над соперниками). Кроме того, Бэр, имевший еврейские корни, был кумиром еврейской общины Нью-Йорка, то есть значительной части аудитории профессионального бокса тех лет.
Для усиления драматического эффекта последний и самый опасный (по фильму) противник Джимми Брэддока знаменитый боксер Макс Бэр был сделан резко отрицательным персонажем, что абсолютно не соответствует исторической правде. В жизни Макс Бэр был добрым и обаятельным человеком, что отмечали все, кто его знал (редкий случай для среды профессионального бокса, в которой личная конкуренция чрезвычайно высока). Двое его противников действительно погибли после встречи с Бэром на ринге, но Бэр не только никогда не гордился этим (как показано в фильме), но воспринимал эти несчастные случаи как личную трагедию.
Потомки Макса Бэра пытались подать в суд на создателей фильма за искажение образа знаменитого боксера. Популярность Бэра была не намного меньше, чем популярность Брэддока. Публика ценила его за чувство юмора, которое он, случалось, проявлял даже на ринге, обмениваясь шутками со зрителями (причем шутил он над собой, а не над соперниками). Кроме того, Бэр, имевший еврейские корни, был кумиром еврейской общины Нью-Йорка, то есть значительной части аудитории профессионального бокса тех лет.