Марилена с Седьмой улицы

Идея фильма пришла Немеску и оператору Ливиу Маргидану в 2003 году, ещё во время студенчества. Одна из двух сюжетных линий – о мальчиках, угнавших троллейбус ради поездки к проституткам, принадлежит друзьям Маргидану – режиссёру Каталину Митулеску и его жене Андреа Валеану.

Немеску планировал снять «Марилену» после того, как закончит работу над своей первой полнометражной картиной «Мечты о Калифорнии», но потом изменил своё решение. Он с согласия второго сценариста Тудора Войкана переработал сценарий «Марилены» и начал съёмки.

Съёмки проходили в одном из самых неблагополучных районов Бухареста – Рахове, и для безопасности группы Немеску добился того, чтобы на площадке всегда присутствовали три жандарма: «Жители Рахова едва не избили одного из актёров, сказав ему, что мы своими съёмками хотим нажиться за их счёт». Мадалина Гитэску вспоминала, что однажды утром на одной из улиц Рахова она насчитала около 50-ти использованных шприцев.

«Мы хотели найти такую площадку, которая одновременно была бы и достаточно большой для троллейбуса, и очень правдоподобной, живописной. Целую неделю мы искали натуру по всему Бухаресту и, наконец, остановились на Рахове», говорил Немеску.

Бюджет картины составлял всего 14 тысяч долларов, собранных Немеску, в основном, за участие его прошлых короткометражек на различных кинофестивалях. И хотя потом появились дополнительные средства для съёмок, их оказалось так мало, что актёры и часть группы работали бесплатно.

Долгое время проект именовался Trolley Blues (Тележка-блюз), но потом Немеску изменил это двоякое заглавие, боясь, что оно вызовет большие расхождения между смыслом названия и содержанием самого фильма.

Музыка и звук тщательно обрабатывались звукорежиссёром картины Андреем Тонку, поскольку бюджет не позволял использовать должное техническое оборудование. По той же причине съёмки велись преимущественно ручной камерой.

Критики говорили, что своей работой Немеску пытается привлечь внимание общества к проблемам стран с низким уровнем дохода – именно поэтому в ленте есть ряд сцен, снятых «под документ». Сам режиссёр хотел, чтобы на его фильм смотрели, как на историю любви.

Многих привлёк в ленте монтажный приём дробления кадра на четыре части и фантастический элемент в повествовании.