Исаев

Картина основана на трех произведениях Юлиана Семенова: рассказе «Нежность» и романах «Бриллианты для диктатуры пролетариата» и «Пароль не нужен». В первом романе Исаев успешно раскрывает дело о хищениях из Гохрана в трудные 1920-е годы, второй рассказывает о внедрении молодого разведчика в белогвардейское движение в Дальневосточной республике.

В 1 серии (с 7 минуты) Исаев смотрит в кинотеатре фильм Чарльза Чаплина «За кулисами кино» (1916).

В последней серии говорится, что Исаев вернулся в Москву в июне 1946 года, что соответствует тому, как это упоминается в рассказе «Нежность». Из романов же «Экспансия — I, II, III» и «Отчаяние» вытекает, что после мая 1945 года Исаев-Штирлиц попадает из Берлина в Испанию, а оттуда — в Латинскую Америку, а в Москву возвращается только в конце 1947 года.

В самом начале фильма всплывает текстовая заставка: «Сибирь, 1919 год». Но в этот момент показывают Новоиерусалимский монастырь, который находится в Подмосковье (г. Истра).

В 1921 году в Эстонской республике не существовало ни тайной, ни политической полиции. В фильме же рассказывается о мифической Тайной полиции Эстонии, называемой в некоторых сценах политической полицией. В действительности же только после Перводекабрьского восстания 1924 года охранная полиция Эстонии была реорганизована и в 1925 году переименована в Политическую полицию.

В фильме отчётливо видны современные пластиковые водосточные трубы на стенах домов в Ревеле.

Яков Шелехес просит знакомого доктора направить его на лечение в Прибалтику: «В Ревель или на Сааремаа». Но если он по старинке называет Таллин Ревелем, то и остров-курорт должен называть Эзель или в крайнем случае Сарома. Приближенный к эстонскому вариант написания и произношения с долгими гласными утвердился в русской топонимике уже после присоединения Эстонии к СССР, произошедшего в 1940 году.

Название Таллин в титрах написано с двойным н, как Таллинн, хотя должно быть с одним н.

В четвёртой серии фильма, в сцене в трактире, певица исполняет песню «Когда фонарики качаются ночные», написанную поэтом Глебом Горбовским в 1953 году.

В комнате шифровальщицы стоит телеграфный аппарат СТА-М67Б. Однако принят в эксплуатацию он был в 1967 году.

В отличие от показанного в сериале, в начале 1920-х годов портреты Константина Пятса, бывшего в тот период Государственным старейшиной Эстонии, ещё не украшали стены кабинетов офицеров Эстонской полиции. В фильме же показан висящий на стене кабинета полицейского чиновника портрет К. Пятса, сделанный во второй половине 1930-х годов, уже после установления последним авторитарного правления в Эстонии.

Во время сцены, снятой на эстонском ледоколе «Суур Тылль», на заднем плане отчётливо виден современный корабль.

Во время прохода Пореченкова и Маковецкого вдоль большой серой стены на ней видна камера видеонаблюдения.

Машина Нолмара — спортивная модель британской фирмы MG, которая начала производиться только в 1930-х годах.

Афиша «Евгений Онегин» написана по правилам орфографии, действовавшим до 1918 г.

В конце первой части (возвращение Исаева в Москву из Ревеля) на вокзале видна перетяжка, приветствующая возвращение в СССР труппы Художественного театра. Во-первых — в надписи приветствуют МХАТ, а театр ещё не был академическим (то есть — МХТ), во-вторых, в 1921 году государство под названием СССР ещё не было образовано, это произошло годом позже — в 1922 году.

В третьей серии фильма героиня Ксении Раппопорт, певица Лидия Боссэ, исполняет песню «Марица». Впервые песня была записана и исполнена французской певицей Сильви Вартан в 1968 году.

По ценам того времени бриллианты на 100 000 000 долларов (в ценах 2011 г. примерно 11 млрд $) не уместятся в саквояж, и тем более в матрёшку.

В сцене блокирования судна с атаманом Семёновым, полковник-пограничник представляется как «... офицер пограничной службы Дальневосточной Республики». Но Дальневосточная Республика была, по сути, искусственно созданным марионеточным государственным образованием под фактическим управлением РСФСР, а действие происходит в Приамурском земском крае.

В разговоре персонажей назван адрес контрразведки — улица Полтавская, 36. В действительности же, и в тексте книги, это двухэтажный дом номер 3 на нынешней улице Лазо.

Во время кадра, где стрелок лежит под вагоном-салоном Блюхера, видно что вагон на тормозных башмаках (если бы реально был расцеп, то башмаков там быть не могло).

Дорога с ипподрома не могла проходить через порт, поскольку ипподром располагался на противоположном от порта берегу бухты Золотой Рог.

В 3-й серии 2-го фильма «Пароль не нужен» полковник Гиацинтов играет на фортепиано и поет «На сопках Манчжурии». Слова являются смесью первоначального варианта 1906 года и варианта, который был широко распространен в Харбине в 30-х годах XX века. Так как ко времени событий, описанных в романе и фильме, было фактически уже три различных варианта текста вальса, то полковник вполне мог комбинировать слова из них. Но никак не из версии, которая появилась гораздо позже — фактически в конце 20-х, начале 30-х годов.

Стихотворение «Пролитую слезу из будущего привезу» Иосиф Бродский сочинил только после 1962 года, а на музыку эти стихи положил бард Виктор Берковский в 1990-х годах.

При разоблачении Чена (Марейкиса) Гиацинтов несколько раз утверждает, что тот в 1919 году работал в иркутской ВЧК. Однако в течение всего 1919 года Иркутск был под властью Колчака (освобождён только в январе 1920 года), поэтому никакого отделения ВЧК в Иркутске в 1919 году существовать не могло.

Исаев говорит «Два ведра воды на бочку солярки — и танки встанут». Но танки с дизельными моторами (на солярке) появились лет на 15-20 позже.

В конце финальной сцены отбытия из Владивостока (1922 г.) показан общим планом уходящий корабль явно 1970-х годов.

Советское диппредставительство в Эстонии называют «посольством», хотя в 1920 году они назывались полпредствами, то есть политическими представительствами.